Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

(no subject)

Эту историю я вообще планировала заключительной в триптихе Израильских историй про невербализуемое. то есть про что-то, что я не определила и определять словами не собираюсь. Что-то, что мне просто хочется рассказать. Сегодня первый день моего нового года жизни, и пусть она будет первой.
Перед поездкой в Израиль я была очень увлечена суфийскими чтениями. Так меня совершенно очаровал Джавад Нурбахш. Я прочла его "Психология суфизма" и как-то это все пришло очень вовремя и отлично ложилось на мои собственные размышления и состояния того периода.
Я, с точки зрения религии существо абсолютно безнадежное. В каждой религии или учении я нахожу что-то важное и полезное для себя. Как если бы каждая из них отвечала за какой-то кусок пути и взросления души. Вот это лучше удалось у одних, а то у других.
Но речь опять-таки не об этом.
"С суфийской точки зрения материальная природа (таб), Я (нафс), сердце (дел), дух (рух), глубинное сознание (сирр или хафи) и сокровенное сознание (сирр-и сир или ахфа)представляют собою стадии развития, через которые проходит человеческая душа на своем пути к совершенству." - пишет Джавад Нурбахш.
Не вдаваясь сейчас в подробности этого, кому интересно читайте, скажу что в тот момент меня очень зацепило описание стадии Сердца в целом. И до сих пор я продолжаю перечитывать что-то из того текста.
Но одна фраза она совершенно заворожила меня, и я ходила одержимая ею, как и некоторыми стихами Руми.
То, что сердце обширнее, чем Божье милосердие, достойно удивления и заслуживает размышления. Человеку, полностью понявшему это, следует использовать данное понимание для всего, что такого понимания достойно
Эта фраза меня заколдовала каждой своей буквой. как если бы огромный смешной пес внутри меня сделал стойку и замер с торчащими ушами.
И поэтому тот факт, что я стала везде замечать сердца, то есть какие-то предметы в форме сердца, и не должен был бытьудивительным. Правда я не сразу заметила, что начала их замечать. Например, то, что я стала их замечать с первого дня в Тель-Авиве я поняла уже дома, рассматривая фотографии. Так на скульптуре в первый день было розовое сердце мелом, а через неделю там же его уже стерли, случайно снятая девушка в сквере рисует в тетради огромное сердце.
Когда я приехала к Вовке и Жене, в чудесные горы с "видом на божественную Иордань", я стала натыкаться на каменные сердца. Их было так много, что я даже начала их фотографировать, как будто тем самым убеждая себя, что это не галлюцинации. А некоторые притаскивать с собой на сувениры друзьям.
Я притаскивала камни в виде сердец с собой. Я находила пятна и сколы в виде сердец. Это все, конечно, объяснялось моими размышлениями о суфийском Сердце, и это было прекрасно, но, четсно говоря, и немного нервировало.
В Иерусалиме я встречала меньше сердец, но когда я пришла в Лифту, заброшенную арабскую деревню, о которой здесь уже как-то писала, они словно набросились на меня после разлуки. Я гуляла там долго, и там случилась удивительная встреча, о которой я вообще планировала написать как об Израильской истории №1, и сердец становилось все больше и больше. С определенного ракурса большинство предметов, старые пни, камни, спутанная трава принимало очертания сердца.
Под конец прогулки я почувствовала, что это слишком. Я ужасно разозлилась на себя и как будто и отчаялась. Я сказала себе что-то вроде: опять ты выдумщица, ну что это такое, ну нет тут никаких сердец, тебе все кажется, просто пытаешься подстроить мир под свои фантазии, сколько уже можно! (можете себе представить насколько я устала от этого нашествия сердец, раз говорила себе такое?).
И тут случилось странное. В этот момент я поднималась по склону и вдруг я потянулась правой рукой к камню, и взяла его в руку. Это был обычный белый камень. Я взяла его в руку и зачем-то перевернула его. И там, на его тыльной стороне, которой он лежал на земле, было нарисовано песком сердце. Вот это.

P3183640

Какое-то время я просто стояла с этим камнем в руках и смотрела на него. И в голове моей в это время была тишина, я, наконец, полностью лишилась внутреннего монолога, а в сердце моем установился покой. Не сделала из этого я тогда никаких выводов, нет их и сейчас. Я просто смотрела и смотрела, и мне становилось как-то легче. Почему-то у меня осталось ощущение, что я сделала выбор, хотя какой уж тут выбор.
У меня не было сомнений или размышлений. Потом я аккуратно положила его и сфотографировала. Потом снова взяла в руки и повертела - сердце стало осыпаться - песок, он и есть песок, утратив сырость земли он стал невесом и покидал камень. Я забрала камень с собой и привезла его в Питер.
Обычный такой иерусалимский камень. он лежит справа от меня на столе. А слева от меня висит фотография с сердцем.

Под катом несколько иллюстраций к рассказу. Просто так.

P1012198

Collapse )

пока, Змея!

У меня не написаны были итоги 2013, а традиция, сложившаяся уже за 7 лет не дает расслабиться, прямо незавершенное действие по Шелдону Куперу. Так что воспользуюсь китайским Новым Годом и скажу 2013 году огроменное спасибище.

1. Самое главное и определяющее все - это "работа мечты" он же "возврат в профессию".
С марта месяца я работаю психологом в крупной организации и основная тема и задача моей работы - профилактика эмоционального выгорания сотрудников. Это работа-мечта по ряду причин. С первого дня я постоянно счастлива, как бы я ни уставала.
В итоге я провела в качестве тренера 38 тренинговых дней, плюс 10 дней тренинговых дней в роли ко-тренера, около 480 часов индивидуальных консультаций. 174 часа повышения квалификации, а так же где-то около 70 часов личной терапии, супервизии и коучинга.
И у меня образовалась небольшая собственная практика. И я познакомилась и налаживаю контакты с прекрасными коллегами, и у меня голова идет кругом от того, сколько я хочу сделать, и сколько мне ещё нужно сделать. И от счастья, которое дарит работа по призванию.

Collapse )

(no subject)

1

Я решила не делать никаких изящных репортажей, отбирать 12-20 кадров, под катом куча фоток (около сотни) и все про жизнь жирафов в Петербурге. Крайне сложно передать ощущение от того шоу. Это ощущение прекрасного и гамоничного бреда. Я просто выкладываю слайды и немного пишу. К слайдам не хватает музыки - это совершенно отдельное удовольствие.

Вот я их увидела и, конечно, сразу была покорена. Жирафы шли по Невскому, и то целовались, то смотрели по сторонам, то вдруг кто-то из них сбегал. И люди в штатском деликатно, порой покрываясь холодным потом, пытались следить, чтобы никто не попал под лапы и колёса жирафа. Мне кажется, что когда один из людей в штатском бежал за жирафом на Михайловскую улицу, он уже тоже к тому времени поверил, что тот живой. Ну или вернее перестал различать к кому он тут в сущности обращается.

Collapse )

(no subject)

В метро было особенно непривычно.
Летнее метро - жуткое испытание. Обычно в него входишь постепенно, от марта к июню успеваешь настроить степень чувствительности к чужому телу до полного бесчувствия. Сейчас же был невыносимый затяжной прыжок в оргию человеческих тел. Жарких, горячих, пышущих человеческих тел, обдающих теплом через тонкую ткань летнего платья, щекочущих касающимися волосами чьих-то не слишком мускулистых рук, я не представляю, как ездят в метро мужчины, две женщины невольно прижимались ко мне своими ягодицами, какими-то неожиданно бесстыдными, наглыми, женщины были в стрингах и в лёгких платьях, от этого в толпе они были практически обнажёнными на ощупь.
Тела проходили сквозь меня и через меня до ощущения тошноты. Меня задевали руками, плечами, мне очень хотелось оказаться в плотной одежде: джинсовом плаще, а лучше в пальто или в шубе. Я снова затосковала по тем временам, когда я жила одна в доме, и на несколько миль вокруг не было ни души, только буйволы на моём ранчо, только птицы, только ветер, только те, кто оказывается здесь неслучайно. Для желанных – кров, из лишних – кровь.
Враки про неслучайность встреч современных поп-религий рассыпаются при встрече с любой толпой, в которой вас попеременно прижимает к разнообразным телам, ежедневно, по нескольку раз в день. Катитесь к чёртовой матери с этими глубокомысленными теориями. Я тосковала по своему необитаемому острову, на который счастливый случай забросил меня после крушения нашего паршивого судна в 16 веке. Чёрт дёрнул меня покинуть благословенный необитаемостью берег из сентиментальных чувств к двуногим одетым тварям. С тех пор, как я расстался с ним - этот остров - земля обетованная, моя мечта, мои замки Фата-Морганы. В своих последних трёх жизнях в своих снах я часто возвращаюсь туда, и в этих снах все корабли погибают в прибрежных водах, так и не выблевав в смертельном удушье своих матросов на мою девственную землю.
На улице парень проводит по руке идущей навстречу ему девушки. Это его знакомая, он подал ей знак, чтобы она заметила его. Девушка приостановилась, оглянулась, улыбнулась и только было направилась к нему, как у неё что-то заело внутри, она неловко механически стала поводить плечом, потом у неё словно перещёлкнулось какое-то реле, и она снова стала двигаться естественно. Я подсмотрела случайно, эту неисправность в её механизме, возможно, для других зрителей – это норма, а я просто единственная, кто удивился этому. Я отчётливо поняла, что это биоробот. Что вся толпа вокруг, спешащая на концерт или на отдых – это вокруг биороботы. Я жутко испугалась сначала. Но потом мне стало легче от той мысли, что в метро ко мне прислонялись биороботы. Это значит, что отвратительное трение этих бабских ягодиц о мой бок – это всё равно, как если бы я прислонилась к двери или облокатилась бедром на поручень. Но потом мне снова стало неуютно. Потому что всё же совсем невесело обнаружить, что ты остался единственным человеком на всей планете. Ирония судьбы в том, что ты настолько безопасен, что биороботы даже не пытаются уничтожить тебя, как во всех этих апокалипсических бреднях, они просто спокойно ждут, когда ты сдохнешь естественным путём. даже не ждут, они уже забыли про тебя. Велика беда - одна особь, неспособная размножаться без пары, неспособная к самовоспроизводству и не подлежащая ремонту –. Как старые телефоны, будильники, какое-то время мы храним, вернее хранили их в кладовках, потом вспоминали и выбрасывали во время уборки. Биороботы уже забыли, что среди них одна особь человеческой породы, это несущественная деталь картины мира.
Я шла и размышляла о том, что теперь всё кончено. Наступил полный внутренний покой, нашлись ответы на многие вопросы. Совершенно неважно стало, есть Бог или нет, потому как задавать идиотские вопросы о Боге среди биороботов по меньшей мере смешно. Теперь всё становится очевидным и всё, и наконец-то можно сделать главное – влезть на вершину холма с бутылкой кока-колы (ведь оставили мириады биороботов, по забывчивости своей и невнимательности к последней особи человеческого рода бутылку человеческой кока-колы) и провожать закаты до той поры, пока тихо не сдохнешь. Понимаете, это очень непросто и в то же время легко – быть последним живым человеком. Последнему живому человеку не перед кем за что-либо нести никакую дурацкую ответственность, он совсем сам по себе. Он свободен и предельно одинок, предельно и бесконечно – бесконечно – поскольку другого человека не существует. О животных и о прочем позаботятся биороботы или кто там будет – это уже неважно. Если ты последний живой человек, то уже совершенно неважно существуют ли биороботы, и будут ли они потом существовать, потому что эта такая же иная форма жизни, отличная от живого человека, как бытие от небытия. Впрочем я не знаю, как одно отличается от другого, но мне нужно что-то очень противоположное и непохожее друг на друга. А это единственная пара антонимов, которые непонятны ни вместе, ни поодиночке.
Я подумала, что всегда догадывалась о существовании биороботов.
Почему же только сейчас я заметила эту маленькую неисправность в таком очаровательном и убедительном биороботе, как та девушка, у которой попросту на пару секунд заело плечо?
Мне даже немного стало жаль её, потому что, вероятно, о ней плохо заботится другой биоробот, или кто там у них главный, а ей явно нужен профилактический осмотр и мелкий, дай Бог, только мелкий ремонт. А если этот паршивый биоробот, выполненный под мужчину, не обратит вовремя внимание, такая прекрасная модель девушки может сломаться. И кто знает, что они там друг с другом в таких случаях делают, вероятно утилизируют или перерабатывают во вторсырье… Может их легко воспроизводят заново, и, следовательно, ничего страшного. А вдруг у них ограничения на тираж одного фенотипа?
Блядь. Я сижу на холме пью эту грёбанную Колу и размышляю о судьбе биороботов. Я, последний живой человек на планете, собирающийся вскорости спокойно сдохнуть, не могу и часа провести чтобы не одушевить окружающее, не очеловечить, а потом умиляться собствнным сентиментальным бредням, пуская сопли.
Ещё пару часов таких размышлений, и я уныло поплетусь вниз, чертыхаясь и матерясь, искать эту пластиковую дуру, а потом, краснея и смущаясь, объяснять ей, что у неё неполадки, что ей надо на их чёртову фабрику и вызовусь в колнце концов проводить. И всё кончится тем, что весь остаток своей жизни я проведу в мастерской или в цеху этой их фабрики, и буду чинить и латать этих заводных ублюдков и сдохну через пару десятков лет, сжимая какой-нибудь прибор настройки их суставов, или зажимая в руках какую-нибудь ультрасовременную шняжку, предназначенную для полной имитации кокетливых взглядов, и самое страшное, что я сдохну чувством выполненного долга, так никогда и не узнав, зачем и кому это нужно…
К тому же, я даже не знаю, как они меня утилизируют. Ведь после моей смерти ни одна часть, ни одна ткань или клетка моего тела не пригодится для их создания. Нужно будет оговорить параметры утилизации заранее.
Вопрос ровно в одном: способны ли биороботы соблюдать уговор?

Лытдыбр

1. Борька(мой сын) научился складывать в уме числа в пределах 10-ти.
Обалдеть!
2. У нас есть няня Людмила Николаевна. Чудесная женщина 73-х лет. Настоящая няня, почти Арина Родионовна.
Она поведала Борьке о ВОВ II. Здорово, что она, все-таки ей как-то ближе. Ребёнок теперь рассказывает мне взахлёб о том как мы ыоевали с немцами, а теперь дружим с ними. О танках, самолётах, и том как все защищали свою землю. Обогатился навыками операций со словами "Германия", "немецкий", "снаряды", "Катюша" и что-то ещё, так не вспомню...
Вывод сделан верный: лучше жить дружно.
3. Говорит постоянно, хуже радио: его не выключишь. Лексикон и построение речи радует; поскольку это зеркальное отражение нашей речи в семье, то мы определённо очень литературно общаемся.
4. Достала Борькина присказака из "Падал прошлогодний снег": "Концы, концы... Концы в воду!"